aif.ru counter
Елена ОГНЕВА
29

Чтобы отстаивать природу нужно быть Дон Кихотом

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 47. АиФ - Ульяновск 24/11/2010

Есть такое твёрдое правило: встал поутру, умылся, привёл себя в порядок и сразу же приведи в порядок свою планету.

Антуан де Сент Экзюпери «Маленький принц».

Кандидата биологических наук Андрея Салтыкова, до недавнего времени занимавшего пост главного эколога Ульяновска, многие в шутку называют Дон Кихотом. Его отчаянная борьба за право горожан на безопасную окружающую среду порой напоминает войну наивного литературного персонажа с ветряными мельницами.

Тем не менее, этому человеку удалось добиться весомых результатов. На интервью Андрей Владимирович согласился после долгих уговоров и с непременным условием: разговор должен проходить на свежем воздухе. Наша беседа мирно журчала в беседке под проливным дождём.

Специальность, подходящая и приятная

- Я всегда любил природу, - рассказывает Андрей Владимирович, прихлёбывая крепкий чай из термоса. – Мои родители постоянно перемещались по великим просторам нашей Родины. Видеть разные уголки природы стало привычкой и жизненной необходимостью. Отслужив в армии, поступил в Казанский университет на биологический факультет. Там познакомился с членами студенческой дружины «Служба охраны природы», где сформировалась инспекторская группа по борьбе с браконьерством, возглавил кафедральный кружок зоологии позвоночных – тоже довольно активный студенческий отряд. Оба подразделения крепко сдружились. Во время практик мы приобретали навыки экологических исследований и ловили браконьеров в заповедниках. В дружине я познакомился со своей будущей женой Ольгой и вскоре понял, что с этим человеком я хотел бы прожить всю жизнь. Чувство было обоюдным. После университета вместе поехали в Туркмению в Амударьинский заповедник. Там исследовали и охраняли природу целого региона. Будучи безоружными, задерживали браконьеров – выручала дружинная закалка.

На абордаж!

Однажды довелось брать на абордаж браконьерское судно. Команда одного из обстановочных судов, курсировавших по Амударье, вела стрельбу по водоплавающей дичи. Мы незаметно подошли на лодке, влезли на палубу и, предъявив удостоверения, разоружили браконьеров. Виновных передали в руки правосудия. Бывали в заповеднике и более серьезные случаи: начальник областного ГАИ охотился на джейранов, начальник ОБХСС застрелил человека, спутав его с кабаном, сотрудник ФСБ сбил машиной бухарского оленя... Всех нашли. На нас пытались давить «сверху», но преступления получили широкую огласку в СМИ, и справедливость восторжествовала.

Через год я стал заместителем директора по научной работе. Приходилось и наукой заниматься, и жилищные проблемы решать (нас поселили в посёлке Фараб в протекающей от дождей коммунальной постройке). Через Совмин республики «выбили» для сотрудников заповедника 16 городских квартир, но нам в них пожить уже не довелось.

Феодализм советского периода

В Туркмении никогда не было социализма. Там царил некий феодально-рабовладельческий уклад. Местное население нещадно эксплуатировали на хлопковых плантациях. Доставалось и сотрудникам заповедника. Упрятать неугодного человека в тюрьму могли просто по указке местного начальства. На меня тоже пытались завести уголовное дело по подложному заявлению, но безуспешно. Властные чиновники не любили меня за то, что я не позволял им выращивать в заповеднике неучтённый хлопок, пасти скот, охотиться, заготавливать древесину и т.п. Когда из достоверных источников стало известно о возможном покушении, мне пришлось объявить о своём намерении уехать в Россию. Это позволило ещё целый год активно работать в заповеднике. Но свежий ветер перемен из России навевал невыносимую тоску по родине.

В 1987 году мы переселились в Ульяновск. На станции юных натуралистов создали детский экологический клуб «Ноосфера», превратив бывший крольчатник в судно «Бигль», на котором Чарльз Дарвин путешествовал вокруг света. У нас был свой экотеатр, рейдовая и экспедиционная группы. Многие воспитанники клуба сегодня работают в природоохранных организациях.

Против ядерной «начинки»

Особенно клуб «Ноосфера» стал известен благодаря запрету строительства атомной станции. Поступила информация, что строить АЭС собираются в Старомайнских лесах в междуречье Майны и Утки. Мы с экологом Иваном Погодиным под проливным дождём искали площадку, где геолого-изыскательная экспедиция вела бурение, ночевали стоя, под берёзой, накрывшись полиэтиленовым пакетом. Нашли, сфотографировали документацию. Информацию обнародовали. Это была бомба! В Доме техники организовали «круглый стол», продол жавшийся 12 часов. Набитый до отказа зал не вмещал всех желающих. На стороне атомщиков выступали представители власти, полагавшие, что благодаря АЭС область получит новый импульс для развития. Но экологи привели убийственные аргументы против промышленно-индустриального конгломерата с ядерной «начинкой». Кроме того, ещё свежи были воспоминания об аварии на Чернобыльской АЭС. В итоге решение о строительстве станции отменили. Тогда мы действительно повлияли на судьбу региона.

Главный эколог

Главным экологом меня избрали на конкурсной основе. Сразу столкнулся с серьёзными проблемами: крупная утечка мазута в Свиягу в районе питьевого водозабора, непрерывное горение Баратаевской свалки, кучи мусора в пойме Свияги, планы по спрямлению русла и застройке поймы многоэтажками, радиоактивные пятна в двух районах города, рыбное и охотничье браконьерство. В Ленинском районе намечалось строительство пяти экспериментальных заводов центра микроэлектроники с большим количеством сильно действующих ядовитых веществ. Центр строился в авральном режиме, по рабочим чертежам. Мы с главным санитарным врачом города Владиславом Никишиным добились внесения поправок в проект. Заместитель министра электронной промышленности СССР лично обещал меня привлечь к уголовной ответственности за срыв планов всесоюзной стройки. История расставила всё по местам. О былых баталиях напоминает лишь железный скелет одного из недостроенных корпусов УЦМ…

Сегодня мне стало неинтересно работать во власти. КПД снизился, хотя мой потенциал позволял сделать многое. Власть лишь имитирует охрану природы, но реально сделать ничего не может и не хочет. Сейчас отдыхаю от чиновничьей жизни, много денег зарабатывать не стремлюсь. Проекты, в которых я участвую, приносят, скорее, моральное удовлетворение. Все эти годы я чувствовал себя белкой в колесе. Теперь понимаю: мир намного шире «муниципальной клетки».

Досье

Андрей Салтыков добился запрета строительства атомной станции в Старомайнском районе, изменения проекта центра микроэлектроники с выносом опасного производства за пределы жилой зоны, ликвидации хранилища ракетного топлива, располагавшегося в городской черте, выноса из города военной радиолокационной станции, создания первого в России экопарка «Чёрное озеро» и Свияжской эколого-рекреационной зоны, придания статуса особо охраняемых природных территорий 12 зонам, строительства комплекса по обезвреживанию биологических отходов, сохранения Винновской рощи от застройки, переноса корпусов стационара областной больницы с загазованной автомагистрали внутрь медгородка, разработки специальных птицезащитных устройств, предотвращающих гибель тысяч пернатых на линиях электропередач, создал проект «Город без асфальта» для снижения заболеваемости раком. В 1989-м избран главным экологом Ульяновского горисполкома. Был депутатом одновременно городского и областного советов народных депутатов. С 2001 – начальник отдела экологии мэрии Ульяновска. В 2005-м признан лучшим муниципальным служащим России. В 2007-м включён в список лучших людей города. В 2010 году уволился с муниципальной службы.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество