443

Как симбирский купец помог большевику

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 49. АиФ - Ульяновск 49 07/12/2016
1. Юрий Кролюницкий (слева) и Алексей Балакирщиков. 2. Вид на здание типографии – картина Льва Нецветаева, 70-е годы XX века.
1. Юрий Кролюницкий (слева) и Алексей Балакирщиков. 2. Вид на здание типографии – картина Льва Нецветаева, 70-е годы XX века. © / Музей-заповедник "Родина В.И.Ленина"

Слышала, что в декабре типографии «Печатный двор» исполнится 110 лет, но говорят, что она возникла гораздо раньше как подпольная типография местных большевиков, и её как бы поневоле поддержал купец Балакирщиков. А что краеведы по этому поводу могут рассказать?

Т. Репина, Ульяновск

Двойная жизнь

Алексей Павлович Балакирщиков, потомственный почётный гражданин Симбирска, был в городе очень известным и уважаемым человеком. Его отец, Павел Степанович, владелец предприятия «Торговый дом Павел Балакирщиков с сыновьями», был даже городским головой, известным тем, что в его правление Симбирск с размахом отметил свой 250-летний юбилей. Сам же Алексей Павлович неоднократно избирался в число гласных Городской думы, работал в нескольких исполнительных думских комиссиях, состоял в учётном комитете местного отделения Русского торгово-промышленного банка, был старшиной Симбирского биржевого комитета, представлял купеческое общество в общем присутствии Казённой палаты по промысловому налогу и даже входил в состав Комитета попечительства о народной трезвости.

Принадлежность к гильдии купечества давала возможность не только заниматься коммерцией, но и наделяла определённым весом в обществе. Владел Алексей Павлович мельницами и иными предприятиями. На Новоказанской улице (ныне улица Гагарина. – Авт.), на месте, где сейчас находится городская поликлиника №1, у него было целое подворье с хозяйственными постройками, производственными помещениями и «офисным зданием». А вот неожиданный интерес, возникший у него к типографскому делу, по мнению научного сотрудника Государственного исторического музея-заповедника «Родина В.И. Ленина» Ивана Сивопляса, был связан с политическими убеждениями. А известен он был взглядами едва ли не большевистскими. Во всяком случае, будучи старостой Воскресенской церкви, он подбивал дьячков и пономарей требовать равных с «эксплуататорами»-священниками домов, квартир и участков в церковном саду. В 1911 году он лично пригласил губернатора Алексея Степановича Ключарева на освящение храма, но тот это приглашение проигнорировал, уехав с ревизией в Сызрань. По мнению краеведа Антона Шабалкина, тогдашний глава региона поосторожничал и решил дистанцироваться от Балакирщикова, чтобы не навредить своей репутации.

Весьма вероятно, что на взгляды Алексея Павловича решающее воздействие оказало близкое знакомство со студентом-медиком Юрием Кролюницким, который отбывал в нашем городе ссылку в качестве рядового местного военного гарнизона, а заодно создал Симбирскую группу РСДРП.

Парадоксы

И вот в сентябре 1906 года произошло покушение на тогдашнего симбирского губернатора Константина Старынкевича. В отличие от большинства громких политических убийств начала века, это так и осталось нераскрытым, поскольку неизвестный бомбист успел скрыться с места преступления неопознанным. Но под подозрение, как неблагонадёжная личность, попал Юрий Кролюницкий, однако прежде чем полиция собралась его арестовать, друг-купец снабдил приятеля-большевика деньгами и документами, и тот укатил во Францию, где его не могли достать длинные руки царской охранки, и продолжил там образование, поступив в Парижский университет. Естественно, у полиции возникли вопросы к Алексею Балакирщикову по поводу печатного станка, который обнаружили при обыске в его доме - в квартире, где проживал Кролюницкий. Но тот ответил, что планирует открыть типографию и уже начал закупать для неё оборудование.

Рекламная листовка типографии Балакирщикова.
Рекламная листовка типографии Балакирщикова. Фото: Музей-заповедник "Родина В.И.Ленина"

Возможно, чтобы подкрепить свои слова делом, 7 октября 1906 года он подал соответствующее прошение в Канцелярию губернатора и в тот же день получил разрешение. Кстати, сей факт говорит о том, что Алексей Павлович имел связи не только с большевистским подпольем, но и накоротке знался с представителями властных структур. Во всяком случае, не имея подобных связей, ему пришлось бы ждать разрешения несколько месяцев.

Где располагалась вновь открытая типография изначально, доподлинно неизвестно. Краевед Иван Сивопляс полагает, что наиболее вероятным местом её расположения была территория подворья на Новоказанской улице. Есть также версии, что она находилась на Большой Саратовской в несохранившемся доме дворян Татариновых.

Зато точно известно, что в 1911 году Балакирщиков приобрёл у купца Карла Юргенса дом на углу улиц Московской и Большой Саратовской, известный ныне как Дом Гончарова. В его восточном крыле типография и располагалась вплоть до конца 70-х годов прошлого века.

Чего хотели социал-демократы?

То, что Алексей Балакирщиков придерживался левых взглядов и даже жертвовал на «святое дело революции», по некоторым данным, никак не отражалось на его методах вести дела. Например, летом 1914 года жандармы «конфиденциально» анализировали условия работы типографии Балакирщикова, чтобы оценить вероятность протестных явлений в условиях надвигавшейся внешней военной угрозы. И такие строки отчёта приводит Иван Сивопляс: «Причиною недовольства рабочих в типографии купца Балакирщикова является строгое отношение к рабочим администрации; в типографии рабочим не разрешается ни выходить из помещений, ни отвлекаться посторонним делом от работы. Управляющий типографии Сигов всё время понуждает рабочих к более быстрой работе. Рабочий день в типографии Балакирщикова в течение круглого года – девять часов в сутки. В другой же типографии Симбирска, принадлежащей купцу Токареву, рабочие чувствуют себя более свободно, в виду снисходительного к ним отношения администрации, кроме того, в этой типографии в летнее время рабочие работают только восемь часов в сутки».

Впрочем, в монографии Михаила Курмаева «Книжная культура Среднего Поволжья (конец XVIII – начало XX вв.) рисуется несколько иная картина: «Балакирщиков предоставлял рабочим хорошие условия труда – восьмичасовой рабочий день, бесплатную медицинскую помощь – два дня в неделю больных принимал врач; рабочим давался бесплатный завтрак в виде городской булки с чаем. По сведениям из того же источника, типография специализировалась на производстве конторских книг, бланков для винокуренных заводов, смет и отчётов для органов местного самоуправления. Именовалось тогда предприятие «Бланкоиздательством кредитных и ссудно-сберегательных товариществ».

Можно предположить, что типография продолжала печатать газеты и брошюры левого толка, более того, один из богатейших симбирских купцов участвовал в финансировании революционных изданий. Известно, что он издавал оппозиционную газету «Симбирские вести», а печатавшуюся в его типографии газету «Жизнь» власти в 1911 году запретили. Однажды жандармы при обыске его дома в деревне Вожжи обнаружили прокламацию «Что хотят социал-демократы», однако высокое положение, занимаемое в обществе, помогло Алексею Павловичу избежать ареста.

В начале Первой мировой войны Балакирщиков был призван в армию в чине капитана. О том, как закончился жизненный путь купца-революционера, остались сведения в воспоминаниях его дочери Тамары Гетман: «Отец умер в августе 1916 года от отравления недоброкачественными продуктами (или от теплового удара). Умер скоропостижно. Почувствовав себя плохо, он обратился в медицинскую часть, где ему предложили прилечь, а когда через какое-то время подошли к нему, он оказался мёртв».            

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах