aif.ru counter
717

Владислава Слепова, приёмная мама: «Для меня все мои дети – родные»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 48. АиФ - Ульяновск 48 25/11/2015
Из личного архива В.Слеповой / АиФ

Мы с мужем давно хотим взять из детского дома малыша, но боимся. Можно ли полюбить приёмных детей как родных и создать настоящую, полноценную семью?

И. Максимова, Ульяновск

У Владиславы Слеповой – три сына, причём первым появился младший – Родослав, близнецы Вячеслав и Владислав вошли в их семью почти через год после его рождения. Наш разговор с многодетной мамой о семейных ценностях состоялся накануне Дня матери.

Глаза в глаза

Т. Захарычева:  Владислава Викторовна, у вас был маленький ребёнок и вы работали, когда взяли в семью близнецов. Почему вдруг такое решение?

В. Слепова: Я всегда хотела быть только мамой, причём мечтала о многодетной семье. Но так сложилось, что вышла на работу, когда сыну не было ещё и трёх месяцев. Как-то после совещания, на котором был очередной разбор полётов, подумала, что кому-то сейчас наверняка ещё хуже, чем мне. Раскрыла областную газету, а там информация об акции «Возьми меня, мама» и фотографии детей. Сразу зацепили глаза близнецов. Это надо было видеть: сидят крохи, один прикрывает грудью другого. Они ещё ничего не успели понять в этом мире, а глаза, как у затравленных зверьков. И я подумала: почему бы, когда тебе плохо, не постараться сделать кому-то хорошо. Мужа пришлось уговаривать, но в итоге решили взять мальчишек. Им тогда было по два года, они с Родькой погодки.

- А общая «слава» в ваших именах – случайность или это как-то повлияло на решение?

- Случайность. Но когда я увидела имена детей, подумала, что это знак судьбы. Сначала я отметила, что они очень похожи на меня, и если мы решим скрывать, что мальчики приёмные, чтобы не травмировать их, то ни у кого не возникнет сомнения в нашем родстве.

А потом поняла, что травмы не будет, если найдёшь правильные слова. Хотела рассказать им всё попозже, когда проще будет объяснить, но «добрые» люди опередили. Тогда мы сели и спокойно поговорили. Я им сказала, что очень хотела бы, чтобы они родились у меня, но получилось по-другому. А теперь я рада, что мы всё-таки встретились и они стали моими детьми. Они приняли это за основу и ни о чем другом не думают.

Владислава Слепова
Родослав, Владислав, Вячеслав и Владислава: жизнь - это большое путешествие, которое только начинается. Фото: АиФ/ Из личного архива В.Слеповой

- Семьи с родными детьми нередко боятся брать приёмных из-за страха, что будут неравноценно относиться к ним или постоянно за что-то испытывать чувство вины.

 - Только в самом начале понимаешь, что дети приёмные, а потом это уходит совершенно. Для меня они родные. Я стараюсь в каждом из них развить индивидуальность, личность, поэтому единого подхода не существует. Но требования ко всем троим абсолютно равные, причём пока я их устанавливала, младшему, Родьке, больше всех доставалось.

Вот когда у Славы и Владика обозначились проблемы со здоровьем, у меня появилось чувство вины за то, что не я им дала жизнь и здоровье. К сожалению, мамы, которых потом лишают родительских прав, не очень следят за своим здоровьем, и детям за это приходится расплачиваться. Проблема ещё в том, что качество медицинской помощи, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Поставить правильный диагноз и назначить правильное лечение вовремя не получается. А вопросы реабилитации надо решать срочно, до восьми лет, иначе потеряешь шанс исправить то, что можно исправить. Это не должно отпугивать потенциальных родителей, но они должны чётко представлять себе, к чему нужно быть готовыми.

- Видимо, эта проблема ещё больше снижает шансы детей со слабым здоровьем быть усыновленными…

- Есть ещё один момент: когда перед усыновлением проходишь разные инстанции, могут отговаривать брать именно этого ребенка из-за того, что у него есть диагноз, плохая наследственность, и предлагать подбор другого. Не очень приятное ощущение – будто на рынке.
Я знала, каких детей я хочу взять. Думаю, как и другие родители. Понятно, что специалисты подстраховывают из лучших побуждений, но таким «подбором» сама суть материнства дискредитируется. Ведь и родной ребёнок мог родиться с проблемами, и от него нормальная мать не стала бы отказываться, чтобы родить лучше, здоровее...

Побочный эффект

- У нас борются за демографические показатели. Но параллельно с рождаемостью растёт и социальное сиротство.

- Говорят же, что у каждого лекарства есть побочный эффект. Да, хорошая инициатива - поддержать семьи материнским капиталом. Главное, чтобы это воспринималось как поддержка тем, кто родил бы при любых условиях, а не как возможность «заработать» на родах. Не секрет, что есть женщины, которые рожали ради этого капитала, а потом отдавали детей.

- Как-то получается, что успешные, обеспеченные люди не так часто бывают многодетными родителями.

- Институт семьи в России находится в глубоком кризисе. Возможно, мы слишком увлеклись маркетингом. Наши предки старались купцов и всю торговлю держать под контролем. А сейчас всё на продажу. Формируется концепция потребительского отношения к жизни. Если вашему смартфону шесть месяцев, то вы безнадёжно отстали, нужно срочно покупать новый. На первое место выходят деньги, работа, а семья вторична: получится – не получится. В гонке за материальной требухой мужчины по ожиданиям превращаются в а-ля женщин, очень часто альфонсов, которые стараются выгодно жениться. Женщины же становятся мускулистыми добытчицами. Роли-то мы поменяли, а биология не изменилась – мужчина не может родить. А у женщины нет времени и возможности рожать. Сейчас женщина, которая планирует уйти в декретный отпуск, рискует вообще лишиться работы. И ей приходится чем-то жертвовать – карьерой или семьёй.

Если раньше государство заботилось о том, чтобы родители несовершеннолетних детей были особо защищены от увольнения, то сейчас ничего этого нет. Напротив, идет массовый переход на срочные контракты, которые иногда называют «эффективными». Если у работодателя возникнет необходимость или желание расстаться с работником, то и десять детей не помогут продлить контракт.

- Тем не менее государство декларирует социальную поддержку семьям. Что-то меняется?

- С принятием 442-ФЗ меняются меры социальной поддержки. Решено оказывать её только тем, кто уже оказался в тяжёлой ситуации, это называют «нуждаемостью» и «адресностью». Но давайте посмотрим, кто реальный «адресат». Есть семья, где папа и мама работают, взяли квартиру в ипотеку, чтобы ребёнок рос нормально. Доход у них больше минимального размера оплаты труда, поэтому социальная поддержка им не положена. Но никто не учитывает, что из 25 тысяч совокупного дохода 15 тысяч они платят за ипотеку, три – за квартиру, а на жизнь остаётся семь. Фактически эта семья существует в зоне риска, но их в этом ключе не рассматривают, потому что смотрят только на доход. А получит поддержку семья, где родители не работают или пьют, квартира давно не отремонтирована, мебели нет.
В итоге люди, которые борются за нормальные условия для детей, остаются без помощи, а тех, кто ничего не хочет, будут опекать. То есть «маргинализируйтесь» и тогда мы поможем вам.

- У нас уже много лет говорят, что детские дома надо закрыть, а всех детей устроить в семьи. Это реально?

- Я бы с удовольствием взяла ещё троих, но как ответственный родитель не могу себе этого позволить. Когда я поняла, что у моих детей не будет никакого жилья, кроме того, которое я им дам, я взяла в ипотеку квартиру. Сейчас я в разводе и в нынешних экономических обстоятельствах мне очень непросто выплачивать взносы, тем не менее другого варианта нет. Жильё – это самый острый вопрос.

На самом деле социальное сиротство есть во всех странах, причём на Западе его росту способствует ещё и свирепствующая ювенальная юстиция. В России этой проблемы нет, но нам необходимы серьезные социально-экономические реформы. Зарплата не должна быть пособием по занятости, её должно хватать, чтобы человек содержал свою семью - без излишеств, но достойно. Как бы ни критиковали американцев, но там есть стандарт: родители должны дать ребёнку образование, которое ему поможет зарабатывать, и хотя бы крохотную квартиру. В наших условиях этот стандарт очень сложно обеспечить. А если дети приёмные, то, как правило, нужны ещё средства на лечение и репетиторов. К сожалению, сиротство бесследно не проходит, но всё исправимо.

Три судьбы

- Каким вы видите будущее своих мальчиков?

- Я не требую, чтобы они были академиками или даже заканчивали университеты, я стараюсь подтолкнуть их к ранней профессиональной ориентации.
У них уже сейчас отчётливо определяются склонности. Слава великолепно рисует, и я испытываю чувство вины за то, что из-за занятости на работе у меня не получается регулярно водить его в художественную школу. Владик давно интересуется животными. Родька – это инженер. Знает все тракторы, комбайны, строительные краны наперечёт. И я очень хочу, чтобы они выросли думающими людьми. Я стараюсь им ничего не запрещать, но напоминаю: «Твоя голова всегда в ответе за то, куда сядет твой зад». Это слова из песни «Тутанхамон» «Наутилуса», которую мы все четверо любим.

- А вы не думаете о том, что биологическая мама близнецов может однажды появиться?

- Не думаю. В любом случае, они сами будут решать, как её принимать. А я ей благодарна за то, что она не сделала аборт и всё-таки родила их.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество