Примерное время чтения: 10 минут
759

Как семинарист стал живописцем. К 130-летию со дня рождения А. Пластова

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 5. АиФ - Ульяновск 5 01/02/2023
Аркадий Александрович Пластов. Вторая половина 1960-х годов.
Аркадий Александрович Пластов. Вторая половина 1960-х годов. / Из архива семьи Пластовых / Предоставлено автором

130 лет назад, 31 января 1893 г., в селе Прислониха Симбирского уезда у псаломщика Александра Григорьевича Пластова родился сын. На пятый день его крестили и дали имя Аркадий.

После трёх лет обучения в прислонихинской начальной школе десятилетний мальчуган поступил в Симбирское духовное училище, где провёл пять лет. «Суровый и скучный режим, полная изоляция от внешнего мира, молитва по команде раз двадцать на день, разнузданная жестокость старшеклассников в отношении младших, – будет вспоминать он. – Ученье мне давалось, и у меня было всегда достаточно времени, забившись куда-нибудь в укромное место, читать и что-нибудь рисовать».

На распутье

Летом 1908 года Аркадий окончил училище и вернулся в милую сердцу Прислониху. В те дни артель богомазов подновляла и дополняла то, чем его дед с отцом когда-то изукрасили Богоявленскую церковь. Он часами смотрел сквозь леса на работу богомазов и мечтал быть живописцем. Но осенью пришлось снова отправляться в Симбирск, на этот раз в духовную семинарию. «Учись, старайся, – напутствовал родитель, – может, архиереем будешь». Спустя два месяца пришла страшная весть о внезапной смерти 45-летнего отца.

В духовной семинарии Пластов посещал необязательные для семинаристов уроки рисования, который вёл молодой художник Д. И. Архангельский, выпускник семинарии. Дмитрий Иванович приносил альбомы по искусству, вместе с учащимися рассматривал их и «с кистью или карандашом в руках» показывал, что и как следует делать. После возвращения Аркадия с каникул они вместе разбирали его этюды и рисунки «домовых в конюшнях, богомолок на пустынных просёлках, жнецов в знойных полях».

Год за годом мечта о художественном образовании всё больше захватывала Пластова. Один из преподавателей заметил его одарённость и нашёл ему покровителей среди губернской знати. Решено было направить талантливого юношу в Москву, земская управа постановила выдавать ему стипендию по 350 руб. ежегодно. Он подал прошение об увольнении с четвёртого курса семинарии и получил благословение ректора, чтобы послужить народу художником, раз нет призвания быть священником.

В Москву учиться

В июне 1912 года Аркадий простился с матерью, братьями и сёстрами и отправился в Первопрестольную. Приёмные экзамены в Училище живописи, ваяния и зодчества успешно сдать не удалось. По совету московских знакомых Пластов поступил вольнослушателем в Строгановское художественно-промышленное училище, где копировал из воска и в рисунке орнаменты, занимался резьбой по дереву и по слоновой кости. Стипендии, если жить экономно, хватало, даже удавалось 10–12 рублей посылать матери.

После второго года в Строгановском училище Пластов попытался ещё раз сдать конкурсный экзамен, чтобы поступить на скульптурное отделение Училища живописи, ваяния и зодчества; его фамилия оказалась в списке принятых. Учился он у академика С. М. Волнухина, автора памятника первопечатнику Ивану Фёдорову в Москве. На каникулы отправлялся в Прислониху, наведывался в Симбирск к Архангельскому, который устраивал общедоступные выставки и половину места отводил его работам.

Февральская революция застала Аркадия на третьем курсе. Подобно многим студентам, с красным флагом на винтовке он катался на грузовике, арестовывал городовых в участках, но через три недели поехал в Прислониху писать с натуры. В октябре вернулся, чтобы окончить училище, и увидел на московских улицах баррикады. «Пробыв несколько дней в грохочущей от стрельбы Москве, я, толком не разобравшись в происходящем, уехал обратно».

Живописец и хлебопашец

После захвата власти большевиками чуть ли не каждый день в селе собирались шумные сходки. В числе прочих безземельных Пластов был наделён землёй и заделался пахарем, косцом, жнецом. Как самый грамотный, три года он был секретарём сельсовета, год – секретарём комиссии по оказанию помощи голодающим, нагляделся худого и доброго. Параллельно с этим Пластов рисовал, писал этюды, строил планы – в целом цикле картин развернуть эпопею крестьянского житья-бытья.

Аркадий Пластов. Сенокос.
Аркадий Пластов. Сенокос. Фото: Public Domain

Связи с Москвой прервались, а в Симбирск он заглядывал, участвовал в коллективных выставках. Был принят в штат губернского музея как «уездный разъездной агент»; здесь, помимо жалованья, полагался паёк. Весной 1924 года через своего товарища по семинарии Пластов познакомился с бывшей ученицей его жены, служившей до революции классной наставницей в женской гимназии. Двадцатилетняя Наталья фон Вик поначалу побаивалась напористого крестьянского парня, но через полгода всё-таки согласилась выйти за него. Вскоре у Аркадия Александровича появился ученик – семнадцатилетний Виктор Киселёв из соседней Комаровки; ежемесячной платой за обучение служил мешок ржи. Рисовали они разными материалами – карандашом, углём, сангиной, пером – и на разной бумаге, зачастую из амбарных книг.

Во второй половине двадцатых годов Пластов создал ряд работ по живописи и скульптуры для ульяновского губисполкома, в том числе проект «гранитного памятника с четырьмя барельефами, изображающими отдельные эпизоды из Гражданской войны», и памятные доски с «литым из свинца барельефом – профилем В. И. Ленина» для установки на фасаде дома, ранее принадлежавшего семье Ульяновых, и на здании бывшей классической гимназии. Для московских издательств Пластов оформлял детские книжки, иллюстрировал произведения Чехова и Горького, работал над плакатами сельскохозяйственной тематики. В марте 1929 года в Казани открылась его первая персональная выставка, в январе 1930-го у него родился сын.

Жарким летом 1931 года в Прислонихе случился пожар. «У меня сгорел дом и всё имущество, – с горечью вспоминал Пластов. – Всё, что до сего времени я написал, нарисовал, – всё пропало в пламени, стало пеплом». Он перестал участвовать в полевых работах, оставил только огород и корову. Надо было срочно восстанавливать погибшее, собирать этюды для задуманных картин. В 1935 году Пластов сделал несколько живописных полотен для всероссийского кооперативного товарищества «Художник» – «Стрижка овец», «Колхозная конюшня», «Сенокос». Они имели успех и обеспечили его средствами. С той поры Пластов участвовал во всех больших художественных выставках.

Учиться у жизни

Летом 1936 года Пластов совершил поездку по Волге и на Кавказ – собирал материал для картины «Купание коней», заказанной к выставке «ХХ лет РККА и ВМФ». Год спустя он был принят в Союз советских художников, ещё через год получил большую мастерскую в Москве. Но каждое лето, с ранней весны до поздней осени, Пластов жил и работал в родном селе. В рецензиях на его произведения, которые дописывались уже в столице, отмечалась «полнота бытия в зрелых полотнах».

Аркадий Пластов. Лето
Аркадий Пластов. Лето Фото: Public Domain

Войну с фашистской Германией Аркадий Александрович встретил в Прислонихе, откуда в первые же дни ушли на фронт человек полтораста. Художник отложил работы, начатые в мирное время, и уже в августе закончил картину «Немцы идут. Июль. 1941 год». Осенью Пластов написал полотна «Один против танка», «Пленных ведут», «Партизанская атака», названия которых как нельзя лучше говорят об их сюжетах. В 1942-м появились картины «Защита родного очага» и ставшая классикой «Немец пролетел», отображавшая убитого вражеским лётчиком колхозного пастушка на пёстрой от цветов опушке, ныне известная под названием «Фашист пролетел». В составе бригады художников он выезжал в Сталин­град, сделал немало рисунков и батальных акварелей, часть которых войдёт в альбом «Не забудем, не простим». К военной теме обращался не раз и после войны, уже будучи лауреатом Сталинской премии.

В 1947 году Аркадий Александрович был избран действительным членом Академии художеств, блиставшей созвездием достойных имён. В 1949-м, когда торжественно отмечалось 150-летие со дня рождения А. С. Пушкина, Пластов много работал над иллюстрациями к его произведениям «Капитанская дочка», «Борис Годунов», «История села Горюхина». Летом 1956 года в Венеции открылась XXVIII Международная художественная выставка, в числе 264 работ советских художников экспонировались и работы Пластова. На выставке побывала группа авторов полотен, среди них и Аркадий Александрович. Потрясённый красотой Италии и живостью самих итальянцев, он признаётся, мол, «как будто долгие натужные годы спали с плеч». На обратном пути художники несколько дней провели в Париже, побывали в знаменитом Лувре. Пластов даже успел сделать несколько эскизов.

Д., Архангельский, А.А. Пластов и его внук Коля. 1962 г.
Д., Архангельский, А.А. Пластов и его внук Коля. 1962 г. Фото: Предоставлено автором/ Из архива семьи Пластовых

Многие из земляков художника стали героями его картин. Особенно он любил писать детей самых разных возрастов, от едва научившихся ходить малышей до подростков. В начале 1968 года Аркадий Александрович был награждён орденом Ленина в связи с 75-летием со дня рождения и 50-летием творческой деятельности. Несмотря на прожитые годы, Пластов продолжал писать зимой в московской мастерской, а летом – в прислонихинской, срубленной позади дома. В мае 1972 года смерть оборвёт работу над повторением картины «Фашист пролетел» для Ульяновского художественного музея. В последний путь Пластова провожали сотни людей из Прислонихи и соседних сёл, художники и официальные лица из Ульяновска и Москвы. Большинство только на похоронах узнали, что он был верующим человеком.

«Удивительно цельный человек! – отметят народные художники СССР, братья Ткачёвы. – Родился в деревне, жил в ней, пел о ней и умер в ней, навсегда оставшись с теми, о ком пел, среди бескрайних просторов России, которую любил бесконечно».

 

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах