Примерное время чтения: 9 минут
250

Государственное дело. Есть предложение объявить 2028-й Годом пчелы и мёда

Еженедельник «Аргументы и Факты» № 39. АиФ - Ульяновск 39 30/09/2026
Виктор Петухов считает, что в России слишком мало внимания уделяется вопросам пчеловодства.
Виктор Петухов считает, что в России слишком мало внимания уделяется вопросам пчеловодства. / Владимир Толстой / АиФ

Известный пчеловод, основатель музея мёда, пчелы и пчеловодства в Ульяновске Виктор Петухов, несмотря на преклонный возраст, по-прежнему полон идей и решимости воплотить их в жизнь. Вот и теперь он решил добиться, чтобы 2028 год был объявлен в России Годом пчелы, мёда и пчеловодства. Впрочем, даже если власти страны не поддержат его идею, Виктор Иванович готов провести это мероприятие лично. Как? Именно об этом он и рассказал...

Досье
Виктор Петухов. Родился в 1947 году в селе Поташка Артинского района Свердловской области. Окончил Свердловский автодорожный техникум, во время службы в армии поступил в Свердловское высшее военно-политическое танко-артиллерийское училище. Служил в десятках гарнизонов в разных концах СССР, окончил Военно-политическую академию имени В. И. Ленина. Возглавлял совет регионального отделения Общества охраны природы, общественную организацию пчеловодов Ульяновска. Сейчас целиком себя посвятил основанному им музею мёда, пчелы и пчеловода в Ульяновске.

Нужны воля и желание

Владимир Толстой, ul.aif.ru: Виктор Иванович, скажите, почему именно 2028-й? Не годом раньше или не годом позже...

— Во-первых, Год пчелы, мёда и пчеловодства требует серьёзной подготовки, и за оставшиеся несколько месяцев с этим не управиться. Поэтому не раньше. Во-вторых, проблемы пчеловодства стоят слишком остро, чтобы тянуть с их решением. Поэтому не позже...

— И что это за проблемы?

— В начале века на территории России было не менее десяти миллионов пчелосемей. В 2015-м — только три с половиной миллиона. К 2024 году — всего два с половиной миллиона. Сейчас наверняка ещё меньше, но более поздних данных мне найти не удалось. По мнению многих специалистов в области пчеловодства, при сохранении таковой тенденции пчёлы могут полностью исчезнуть уже к 2035 году... Разве это не говорит об остроте проблемы?

— И что же вы предлагаете с этим делать?

— Дело в том, что проблема-то теоретически решаема! Была бы у наших властей и представителей бизнеса политическая воля и желание исправить ситуацию. А ведь это даже не требует каких-то непомерных капиталовложений. Например, пока окупится ветропарк, который построили на левом берегу Волги, пройдёт не один десяток лет. А улей окупается за два-три года!

— Но ведь деньги вложить недостаточно. Нужны и люди, которые знают и любят своё дело, которые готовы вложить в него свой труд...

— Совершенно верно! В Ульяновской области — две с половиной тысячи пчеловодов. Это я знаю, поскольку был председателем совета Ульяновской городской общественной организации «Симбирская пасека». Но и среди своих коллег я далеко не всегда встречал понимание, что пчеловодство не должно стоять на месте. И это понятно: для большинства пчеловодство всего лишь хобби, да и в основном это пенсионеры, которые привыкли работать по технологиям позапрошлого века. Но сейчас стоит воспользоваться тем, что действует нацпроект «Технологическое обеспечение продовольственной безопасности», который предусматривает создание агроклассов в сельских школах. Идеальная почва для продвижения пчеловодства среди детей и подростков, проживающих в сельской местности.

— Но это, вероятно, потребует корректировки школьных программ...

— Это требует лишь доброй воли регионального минсельхоза и директоров школ. Я лично пришёл в школу посёлка Пригородного, предложил свои услуги и вёл предмет «Пчеловодство», пока директор школы не сменился. Так что ничего невозможного нет...

— Ещё наверняка требуется желание людей, и не только пенсионеров, заниматься пчеловодством...

— Согласен. Такая проблема тоже есть. Пять лет назад я предложил руководству нашего аграрного университета открыть спецкурс по пчеловодству. И они согласились! Там прекрасно понимают важность этого вопроса. Но кончилось всё тем, что в группу записался лишь один студент.

Использовать потенциал России!

— Но вы-то на этом не успокоились?

— Конечно, нет! За последнее время я объехал Челябинскую и Свердловскую области, республики Татарстан и Башкортостан и нашёл там массу единомышленников. Они поддержали мои наказы по развитию пчеловодства, которые я подготовил для депутатов Государственной думы нового созыва и региональных парламентов. И первое из них — создание агроклассов пчеловодов в школах! Вторая позиция — создание государственного органа, который бы не только руководил и направлял деятельность пчеловодов, но и помогал им — и в освоении новых технологий, и в реализации продукции их труда. Сейчас нет ни обучения, ни доступа к инновациям... Если всё оставить как есть, наш рынок окончательно займёт мёд из Бразилии и Аргентины. Его и сейчас доставляют в Россию сухогрузами, и его отпускная цена — около одного доллара за килограмм! На те цены, что на прилавках, которые в три-четыре раза выше, лучше не смотреть. Вся разница достаётся перекупщикам.

— А по качеству мёд из Латинской Америки уступает нашему?

— Дело не в качестве... Мёд у них в основном хороший. На мировом рынке плохой мёд никто брать не будет. Но нам-то зачем поставки из-за рубежа, если у нас есть свой потенциал и надо только дать ему возможность воплотиться во что-то реальное. Считаю, что курс на импортозамещение должен распространяться и на мёд. Это наш природный ресурс — как те же нефть и газ. Только он, в отличие от углеводородов, неисчерпаем. Но для того чтобы развивать отечественное пчеловодство, нужна организация, которой у нас, к сожалению, нет. Я и предлагаю во всех региональных минсельхозах ввести новую должность — замминистра — инспектор по пчеловодству.

— А вы уверены, что раздувание бюрократического аппарата пойдёт кому-то на пользу?

— Я считаю, что мы уже дооптимизировались до того, что целые отрасли пропадают. В 90-е годы и пчеловодство в нашей стране было ликвидировано как отдельная отрасль. Сегодня пчёлами заведует департамент животноводства в министерстве сельского хозяйства. Вот до чего дошло! Я требую, чтобы пчеловодству вернули статус самостоятельной отрасли. А пока у нас по области производится чуть более тысячи тонн мёда в год — примерно по семьсот пятьдесят граммов в год на каждого жителя. А обоснованная норма потребления — от десяти до восемнадцати килограммов в год на человека, в зависимости от возраста и состояния здоровья.

— Но если действительно пытаться изменить отношение людей к пчеловодству, тут одной только политической воли чиновников от сельского хозяйства явно недостаточно...

— Согласен! И пытаюсь работать по всем направлениям. Недавно, например, общался с министром искусства и культурной политики Евгенией Евгеньевной Сидоровой. Разговор, на который было изначально отпущено десять минут, затянулся на полчаса. Поделился с ней своими идеями и, как мне кажется, нашёл понимание...

Средство подъёма сельского хозяйства

— Вот вы говорите, мёд у нас в дефиците, однако в продаже-то он есть — и в магазинах, и на рынках...

— Во-первых, не всё, что продаётся, — настоящий мёд, во-вторых, цена может быть столь высокой, что не каждый купит, а в-третьих, пчела решает не только проблемы наличия мёда. Это ещё и решение проблем с опылением сельхозугодий. Должна быть одна пчелиная семья на гектар, а у нас только подсолнечника 110 тысяч гектаров, а пчелосемей на всю область — всего 56&am 1365 p;nbsp;тысяч. Я об этом говорил ещё с Александром Чепухиным, бывшим министром сельского хозяйства, а тот ссылался на то, что подсолнечник у нас весь «самоопыляемый», а в тепличных хозяйствах специально обученные шмели летают. Но зачем все эти ухищрения, если есть пчела — веками проверенное и универсальное средство. Да и «самоопылением» подсолнечное зерно получается мелким, годным лишь на масло. Не сравнить его с тем, что получается естественным путём, данным самой природой. Пчела даёт прибавку к урожаю — сорок процентов, и это касается не только подсолнечника, но и большинства сельскохозяйственных культур. К сожалению, многие это не понимают — даже в садоводческих товариществах! А будь в каждом из них пять-шесть пчелосемей, продукции было бы как минимум в полтора раза больше. И первым шагом к решению этих проблем должно стать открытие агроклассов пчеловодов, хотя бы в каждой сельской школе.

— Но ведь нужны специалисты-преподаватели, учебники, учебные пособия...

— Я уже заканчиваю работу над учебником. Конечно, делается это не на пустом месте, а на основе литературы советских времён, но, естественно, все ссылки на первоисточники я там приведу. Я лишь многие темы актуализировал, привёл в соответствие с передовыми технологиями, которых тридцать лет назад ещё не было. И для нашей области, для каждого будущего класса пчеловодов я готов предоставить эти учебники бесплатно. Сейчас материалы находятся в наборе, и я уже нашёл способ допечатывать экземпляры по мере надобности. Когда-то, ещё будучи школьником, я получил в подарок учебник по пчеловодству и с увлечением прочёл его ещё до начала учебного года. И свой учебник я постарался сделать столь же увлекательным.

— Как вы думаете, вашу идею об объявлении 2028 года Годом пчелы, мёда и пчеловодства «наверху» поддержат?

— Когда надо, я умею убеждать. И уже есть люди, в том числе и среди депутатов разных уровней, которые со мной согласны. Так что есть все основания надеяться, что всё осуществится. Главное — чтобы были приняты те меры, которые я прописал в наказах депутатам, которые поддержали мои коллеги-пчеловоды из разных регионов России.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)
Подписывайтесь на АиФ в  max MAX
Также вам может быть интересно
Топ 5 читаемых
Самое интересное в регионах