aif.ru counter
422

Следователь Дмитрий Малофеев: «Вор должен сидеть! Но есть нюансы…»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 45. АиФ - Ульяновск 45 09/11/2016
Алексей Балаев / АиФ

В канун профессионального праздника российской полиции выбор гостя номера решился сам собой. Тем более что наш сегодняшний герой не просто сотрудник органов внутренних дел – он ко всему прочему входит в ТОП-10 лучших следователей России!

Сотрудник следственного управления областного УМВД капитан юстиции Дмитрий Малофеев напрочь разбивает обывательские стереотипы, предписывающие прямолинейность суждений и гипертрофированную серьёзность. Речь его отнюдь не протокольная, а ход мыслей подчас как у заправского философа.

Когда закон не в помощь

А. Балаев: - Дмитрий, каково это – попасть в десятку лучших следователей страны? Вы, небось, среди сослуживцев уже знаменитость?

Д. Малофеев: - Полагаю, подобные определения всё же больше артистам подходят (улыбается). Хотя, конечно, попасть в десятку было приятно. Тем более что это не с неба упало – я шёл к этому. Этот конкурс для меня второй – в 2015-м я был тридцать третьим, а теперь вот сами видите.

- Стало быть, есть смысл «заявиться» и на следующий год, глядишь, и в тройку попадёте…

- Не поверите, но я и в этот раз имел все шансы туда попасть. Четыре балла, потерянные в одном из видов физподготовки, отодвинули меня на десятое место. В других этапах, к примеру, практическом задании, меня оценили довольно высоко. Так что, возможно, и стоит попробовать ещё разок, коллеги того же мнения. Но конкурс конкурсом, а реальная работа – она каждый день. Наши дела - по части банков, интернет-мошенников, нечистых на руку предпринимателей. Казалось бы, все давно знают о финансовых пирамидах, но, тем не менее, наступают на те же грабли. Причём таких дел – великое множество. Так же, как хватает тех, кто попадает на удочку интернет-мошенников. И как правило, преступники находятся в других регионах.

- Их что, невозможно отследить?

- Ну почему же, возможно, и мы это делаем. Но есть вещи, не зависящие от следователей. В нашем деле важна скорость получения информации от банков, компаний сотовой связи. Но действующее законодательство, к сожалению, большую часть информации позволяет получать лишь при наличии судебного решения. А ведь всё это – подготовка материалов в суд, направление, рассмотрение – занимает много времени. Да и с банками тоже не всегда гладко. Нужно быть в хорошем контакте со службой безопасности учреждения. Но и это ещё не гарантия стопроцентного успеха. Зачастую есть в банках определённые центры, которые консолидируют информацию, и центры эти могут находиться вообще в другом городе.

- И каков выход из ситуации, на ваш взгляд?

- Мне представляется разумным, когда в некоторых случаях уголовно-процессуальное законодательство давало бы следователю возможность производить обыск без судебного решения, в случаях, не терпящих отлагательств.

Философия решётки

- Боюсь, что, учитывая «традиции» отечественной бюрократии, это случится не скоро. Это как борьба с той же коррупцией: искореняем её, искореняем, а она живее всех живых. Почему у нас часто читают антикоррупционные лекции студентам и школьникам, и почти никогда – чиновникам?

- Нет, ну то, что эти вещи прививаются со школьной скамьи – это правильно. Сознание, намерения человека формируются именно в этом возрасте. Что же до чиновников, то российская коррупция появилась не вчера – ей сотни лет. Достаточно обратиться к истории – и вы увидите, что, к примеру, какая-нибудь княжеская администрация содержалась за счёт местного населения; это называлось «институтом кормления». С той лишь разницей, что «корм» давался натурой: хлебом, мясом и т.д.

Меняются плакаты, названия, времена, главное остаётся неизменным – на них держится порядок.
Меняются плакаты, названия, времена, главное остаётся неизменным – на них держится порядок. Фото: АиФ/ Алексей Балаев

- Что же получается, взяточничество – это трансформированное «кормление»?

- Не совсем так, хотя отчасти здесь есть историческая подоплёка. Одной агитацией дело не решишь. Чиновники должны быть поставлены в такие условия, чтобы даже мысль о взятке голову не посещала. В ряду мер, наверно, может быть и видеонаблюдение в кабинетах. Однако пока сами граждане будут решать дела по старинке, давая чиновникам на лапу, те будут продолжать брать. Посадят одного – на его место придут трое…

- Ну, как раз посадок-то, если речь о больших начальниках, и не много. Не обидно, когда вы раскручиваете дело, а суд «чудесным образом» выносит смешной приговор, а то и вовсе оправдывает какого-нибудь казнокрада?

- Во-первых, если уж дошло до суда, то в любом случае репутация уже подпорчена. Ну, а оценивать действия суда я не могу. Задача следователя – разобраться в ситуации, а дальше – компетенция других. Что же до внутренних противоречий, как вы выразились, «обид», то все мы люди. К тому же я убеждён, что не всегда обязательно сажать. Лишения свободы – не панацея. Неизбежность наказания, на мой взгляд, имеет куда больший эффект, чем его строгость. К тому же, если посадить чиновникамздоимца, у него неизбежно появится более тесная связь с криминалом, на него будут иметь виды преступники с целью разработки каких-то новых незаконных схем. Так что помогать криминальному контингенту, снабжая их такими людьми, мне тоже кажется неправильным.

- А не более эффективна, например, китайская практика, где коррупционеров чуть ли не пачками расстреливают?

- Во-первых, следовало бы оценить право государства отнимать жизнь. Как по мне, то это вообще вопрос философский, затрагивающий, в том числе, и какие-то религиозные аспекты. Мне довольно сложно на этот вопрос ответить. В истории средних веков был эпизод. В одном городе искали банду воров. И всякий день на главной площади казнили людей, подозреваемых в кражах. Тем временем кражи продолжались – продолжали лететь и головы. А потом выяснилось, что «штаб-квартира» банды располагалась… прямо под эшафотом. То есть то, что над их головой отрубали головы другим, их не останавливало.

- Так то средние века, иные времена, иные нравы…

– Вот пример посвежее. В советские времена вознамерились было вводить смертную казнь за изнасилование несовершеннолетних. Однако многие юристы тогда схватились за голову от возможных последствий. Ведь если маньяк знает, что его расстреляют за связь с ребёнком, то ему и терять, по сути, нечего. Я говорю о том, что жертв своих они бы не только насиловали, но и убивали.

…И ничего, кроме правды

- Давайте-ка от служебных страстей перейдём к более приятным вещам. Как вы абстрагируетесь от службы дома? Есть у вас отдушина?

- Раньше доходило до того, что снилось, как я заваливаю дело. Не раз в холодном поту просыпался. Сейчас я научился психологически отвлекаться. Что до отдушины, то мне достаточно морального удовлетворения от своей работы. Деньги, конечно, важны, но без эмоциональной составляющей никуда. Я работал в прокуратуре, даже адвокатом был, но понял, что это не моё, и вот теперь чувствую, что нахожусь на своём месте. Ну, а если уж про отдушину, то времени на увлечения практически не остаётся. Года два уже как не могу вырваться на рыбалку. Зато мне здорово помогает общение с близкими.

- Кстати, о близких. А дома Дмитрий Малофеев – только муж и отец? Или чуточку следователь?

- Какие-то определённые моменты случаются. Допустим, если кто-то из близких что-то в доме потерял, можете не сомневаться – я найду это первым (улыбается). Что ещё? Мне проще распознать ложь. Поэтому все стараются говорить мне только правду.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество