aif.ru counter
Елена ОГНЕВА 173

Ульяновский фотограф и альпинист Михаил Сафиуллин: иллюстрации к жизни

На пятом курсе университета он сидел в библиотеке, держался за голову и не понимал, для чего

Фото автора.

 

Потом просто встал и ушёл – из библиотеки и из университета. Этот поступок полностью изменил его жизнь.

 

Я - специалист по «деланию себя»

Окончив школу, он поступил в Казанский государственный финансово-экономический институт, учился на одни «пятёрки». На пятом курсе бросил учёбу – понял, что это не его. С головой окунулся в фотографию. Работал по двадцать часов в сутки. Освоив технические тонкости ремесла, исполнял коммерческие заказы для российских и иностранных инвесторов. Неплохо зарабатывал. Потом открыл для себя горы – Памир, Кавказ, Тянь-Шань. За прошлый сезон совершил двадцать восхождений и получил первый разряд по альпинизму. Вернувшись в город, отказался от коммерческих заказов по фотографии. Сегодня он ведёт бесплатный фотокружок. Он – автор трёх блестящих социальных проектов – «Общежитие», «Будни и праздники» и «Служу искусству». Он учит английский, оттачивает своё речевое мастерство в специальной школе и занимается бальными танцами. Он хочет показать ульяновцам их родной город – таким, какой он есть, а не таким, каким его рисуют на рекламных щитах и билбордах. Он может поделиться тем, что знает и умеет, с теми, кто готов это принять. Ему двадцать пять лет. Знакомьтесь – Михаил Сафиуллин, профессиональный фотограф, альпинист, специалист по «подниманию своего тела с дивана и деланию себя».

 

В мастерской художника

 Общежитие

 

- Михаил, что было поворотным моментом в твоей жизни?

- Однажды в Ульяновск приехали фотографы из Германии. Они рассказывали о своём творчестве, проводили мастер-классы, а потом предложили слушателям сделать проекты на такие темы: магазин, в который ты ходишь каждый день, дом, в котором ты живёшь, твой сосед по лестничной площадке. На подобные привычные вещи мало кто обращает внимание. Можно было также выбрать тему самому, и я решил показать общежитие, в котором тогда жил.

- Почему именно общежитие? Люди там живут небогатые, интерьеры довольно обшарпанные, но проект получился очень красивый, тёплый, даже романтичный.

- Эта серия фотографий не призвана эпатировать публику – нищенством или чем-то ещё, я не люблю снимать «чернуху». В общежитии очень интересно – там на маленькой площади сосредоточено множество различных вещей. Меня всегда волновали проблемы детства, становления человека, воспитания. Обычно мы ищем ответы на мучающие нас вопросы в книгах, в фильмах, где-то ещё, а в общежитии далеко ходить не надо – всё под рукой. Собственно, я смотрел, снимал, размышлял, анализировал... А потом захотелось поделиться своими наблюдениями. Так я сделал этот проект. Я вообще люблю делиться тем, что вижу. Был момент в жизни, когда я занимался парапланеризмом. Однажды спортсмены пригласили меня в Непал на полёты. Я отказался. В тот момент у меня не было возможности снимать. А если не сможешь ни с кем поделиться, то и ехать не стоит…

- Вернёмся к общежитию. Что ты понял, общаясь со своими соседями?

- Это совершенно особая среда, отличная от других. В магазине люди друг к другу безучастны. А в общежитии ты каждый день встречаешься с этими людьми, их жизнь проходит у тебя на глазах. Все всё друг о друге знают, кто чихнул за стеной, кто прошёл по коридору. Эти люди – как бы я сам, только в разных ипостасях, что-то вроде иллюстрации моей собственной жизни. Я же не могу посмотреть на себя со стороны, но могу посмотреть на этих людей и оценить свою жизнь. Я нахожу много схожего с тем, как я жил, через них пытаюсь понять что-то про себя. Я родился в ГДР в семье военного. Потом четыре-пять лет мы ездили по разным местам, жили в общежитиях и в казённых квартирах – в Казахстане, Набережных Челнах, Казани, Ульяновске. Жизнь в общежитии происходит в любом городе примерно одинаково. Кстати, там я многое узнал, например, что ночью можно не спать. Я раньше думал, что не спать ночью – это плохо. Я ложился в пять и даже в семь утра – для меня это было нормально. А тут оказалось, что пол-общежития не спало ночью. В общежитии, в этих людях, собраны практически все периоды становления и взросления человека. Там есть и совсем маленькая девочка, и чуть более взрослая. Есть бабушки, мамы, отцы. И всё та же маленькая девочка. Она – ребёнок, у неё не особенно богатые игрушки, но она живёт в радости. У них с матерью прекрасные отношения. Мама уделяет дочери много времени. Они внутренне близки. У них есть что-то общее, что их сплачивает. Я видел и более обеспеченные семьи, где дети не чувствуют себя счастливыми. Там родители ведут себя совершенно иначе. Они думают, что если будут много зарабатывать и приобретать детям дорогие вещи, их жизнь станет значительно лучше. А на самом деле материальные вещи не так важны. Внутренняя близость – вот что важно. Я смотрю, как девочки бегают по коридору, катаются на велосипеде, играют с мальчиком с другого этажа, и вдруг возникает чувство, что это наше общее детство. Фотоаппарат – это как бы инструмент, чтобы человек мог глубже заглянуть в себя и лучше узнать окружающий мир. Я снимаю то, что интуитивно чувствую во время съёмки. Потом, когда съёмка закончена, глядя на фотографии, понимаю, что это – как бы иллюстрации моего сознания. И так интересно за всем этим наблюдать…

- Почему ты оставил учёбу в институте?

- Каждый год у меня происходит некое осмысление – что я такое? Это началось ещё в институте. Я сидел в библиотеке, взявшись за голову, и не понимал, что вообще со мной происходит. К чему я иду? В чём смысл? Это не даёт мне покоя. Я даже иногда завидую другим людям: они спокойно работают с утра до ночи, а я бы и рад так, да не могу – вот просто никак не могу. Я пробовал себя во многих сферах, в том числе в промышленном альпинизме, занимался им профессионально, но потом оставил. Я учился в институте по специальности «бухучёт и аудит», потом «менеджмент организаций», потому что жизнь такая была. У меня были родители, у родителей было мировоззрение. Я и в школу-то ходил не знаю зачем, просто потому, что надо. Я вообще ничего не помню из курса литературы. Я многое делал совершенно неосознанно. Мне говорили: ты должен это сделать – получить образование, например. Я соглашался и так рьяно к этому рвался, учился на одни «пятёрки». И потом настал момент, когда осознал, что не понимаю, зачем это надо. И ушёл из института. Я вдруг понял, что не хочу работать по специальности. И эти мытарства привели в альпинизм и в фотографию. Первые годы в фотографии я готовил базу – изучал технические вещи, композицию. Я никогда не был этаким бытовым фотографом. Даже в работе с моделями старался делать акцент на передаче внутреннего состояния (что сейчас, в принципе, не принято), нежели на какую-то внешнюю эпатажность построения кадра. И в материальном смысле всё было очень даже неплохо. Вполне себе жил. Четыре раза в год ездил в горы. Но когда уже база появилась, встал вопрос о том, что я могу? Исполнять заказы? Фотографировать девушек, женщин, предприятия? Но это не настоящие ценности, и начал искать, что же тогда моё. Вообще, мало кто осознанно живёт. Наверное, это большой дар, когда человек может себя осознать.

Горы: шесть лет – за два года

- А как ты попал в горы?

- Есть такое удивительное место на Майской горе – башня. Там я встретил мастера спорта международного класса Виктора КОЛЕСНИЧЕНКО. Мы познакомились. Я проработал полгода в его компании, которая производит снаряжение для альпинизма, потом мы поехали в Крым. Там познакомился с его друзьями-москвичами. Стал с ними выезжать в горы. Поднялся очень здорово по альпинистской лестнице. За два года такой опыт приобрёл, какой люди обычно получают за пять-шесть лет. Московский альпклуб стал для меня своеобразным лифтом в альпинизме. Они дают снаряжение, организуют поездки. Первые впечатления в горах были вообще неосознанными. Горы показались мне чем-то грандиозным, огромным. Другие люди, другая атмосфера, другая обстановка – всё совершенно иначе. Я просто в это окунулся. Это была поездка в одно из ущелий Кабардино-Балкарии – Безенги – на Кавказе, октябрь. И это так – ух! – как-то так пронеслось - всего месяц, а я вернулся совершенно обалдевший. Первая поездка стала маленьким окошком в новый мир, а сейчас я двумя ногами туда зашёл и вполне себя комфортно чувствую. В прошлом году три месяца прожил на Тянь-Шане. Закрыл первый разряд, совершил около 20 восхождений. Это не только для Ульяновска мега круто. Это вообще здорово. В горах мне нравится и просто находиться, и совершать восхождения, покорять их – всё в совокупности. Каждая поездка очень важна для меня, хотя стоит это довольно недёшево, но каждый раз я возвращаюсь совершенно другим, а значит, все средства отбиваются стократ. Изменения, которые происходят в горах, стоят любых денег. Мы живём в городе, и этот привычный ход вещей кажется для нас незыблемым, но попадаешь в горы и понимаешь, что мир, оказывается, другой.

- В чём другой? Объясни подробнее.

- Ну, например, в альпинизме не принято ходить в одиночку. Сама техника не подразумевает одиночного восхождения. И вот я иду с кем-то в связке, и этот человек сказал мне что-то резкое или грубое. Я бы раньше обиделся. Но здесь если человек тебе грубит, это вовсе не значит, что он хочет тебя обидеть. Может быть, он просто устал или у него что-то болит. Совсем другое дело, если он над тобой лезет в гору. И лезет неаккуратно – уронил тебе на голову камень. Это уже серьёзный проступок. И начинаешь очень чётко отделять серьёзные вещи от каких-то проходящих. В горах много про себя узнаёшь. Мы тут в городе думаем, что мы все тут такие – ох, какие. А в горах сверхсложные проблемы вдруг находят простое разрешение. Когда я приобрёл некоторый опыт хождения в горы, я стал над другими подшучивать – как оказалось, совершенно безосновательно. В некоторых ситуациях эти люди оказывались гораздо лучше меня. Я, например, смеялся над одной девочкой, которая еле передвигала ногами, вечно её подстёгивали, а оказалось, что у неё очень тяжёлый рюкзак. И я мог бы её разгрузить, а не смеяться. Со временем я уже не такой выскочка стал. И продолжаю меняться. И ещё один момент. В горах я встречал много иностранцев. Мне очень хотелось с ними общаться. Я встретил фотографов из National Geоgraphic. И так хотелось что-то обсудить с ними, спросить о самых простых вещах! Они – абсолютно открытые люди. Мне хотелось понять и почувствовать, каково быть человеком, который работает так, как можно только мечтать, но мой английский не позволял этого сделать. Я вернулся в город и записался на курсы английского. Год занимался. И на следующий год на Тянь-Шане спокойно общался по-английски с итальянцами, поляками, словаками.

Оставить след в масштабах общества

- Мне приходилось участвовать и в спасательных операциях, спускать с гор пострадавших, нести носилки с телами тех, кто ещё сегодня днём висел рядом со мной на стене. После этого в голове что-то меняется. Понимаешь, что часто откладываешь важные дела на потом, но это «потом» может и не наступить. На самом деле то, что останется после человека – это наследие в масштабах всего общества. Мой отец, например, был начальником связи Чеченской республики. Дед – подполковник. Прадед – директор школы. И как-то совестно мне стало быть фотографом, снимать свадьбы или девок голых, хочется делать что-то большее. Поэтому и ушёл из коммерции... Как-то раз в горах познакомился с ребятами из Ижевска. По спортивным меркам, у них был не очень большой опыт, меньше чем у меня, но у них есть своя – единственная в городе – альпинистская секция. И они делятся знаниями, навыками, радостью занятия любимым делом с другими людьми: взрослыми, студентами и, конечно, с детьми. Такая позиция мне показалась очень достойной. Как-то это очень правильно и по-мужски, что ли. Такое, вообще, редко встречается в жизни. Мне это понравилось, и стало отправной точкой к тому, чтобы сделать фотокружок.

Фотокружок

- Приехав с гор, я решил, что если люди действительно хотят заниматься фотографией, я могу помочь им и себе. Мы собирались каждое воскресенье в музее фотографии. Снимали в студии. Когда снег растаял, стали выезжать на природу. Прийти в фотокружок может любой желающий. Я временно исполняю роль некоего заводилы. Каждый раз придумываю что-то, печатаю фотографии, «развлекаю» народ. Чаще всего приходят люди, которые купили фотоаппарат и не знают, как им пользоваться, но есть и довольно искушённые в фотографии персонажи. Мы обмениваемся опытом и помогаем друг другу. Мне это интересно. Но трудно людей вытащить. Я по себе знаю, насколько это трудно – что-то сделать для себя. Например, открылась выставка, надо бы сходить. Или человек интересный приезжает. Но – не хожу. В то же время, если позвонят с работы и скажут: иди и сделай то-то и то-то, ты человеку пять рублей должен, придётся подняться и пойти. Вот такая несуразица. Люди собой не занимаются. Они не бегают по утрам, не читают книг, вообще не готовы для себя ничего делать, кроме работы.

- А сам-то бегаешь?

- Да. Мало того, я занимаюсь бальными танцами. Скалодром закрыли, а я привык каждый день тренироваться. Стал каждый день ходить на бальные танцы. Просто когда набираешь какой-то темп, его уже невозможно сбросить. И, кроме того, бегаю. В выходные выбираюсь на башню. Ещё хожу в школу речевого мастерства. В этом смысле я – специалист по подниманию своего тела с дивана и «деланию себя». Придя на танцы, я обнаружил, что не умею двигаться. Придя на курсы речевого мастерства, я обнаружил, что не умею говорить. Занимаясь фотографией, понял, что не умею видеть. И много таких открытий о себе сделал. Хотя откуда всё это? У моего отца, например, дома нет книг. Вообще нет. Он не смотрит фильмы. А у меня и способностей-то на самом деле не больно много. Я видел гораздо более способных людей, чем я. Самый простой путь научиться что-то делать – это начать делать это. Начать с себя. У меня не было другого варианта заниматься тем, чем я хочу, кроме как просто начать этим заниматься. Когда я начал фотографировать, я решил, что это надо делать, несмотря ни на что. Так получились эти три проекта: «Общежитие», «Будни и праздники» и «Служу искусству». Хотя в последнем я просто обобщил работы других людей. Это, скорее, кураторская деятельность, чем личное творчество. Подобные проекты – огромный труд. Это и общение с людьми, и многое другое. Раньше я витал в облаках во многих вопросах. Сейчас гораздо глубже вижу причинно-следственные связи.

- А что ты будешь делать, когда всему научишься?

- Появится что-то ещё, чему можно будет учиться. Совершенствоваться можно безгранично.

- Что дали твои проекты людям, которые в них участвовали?

- Я не жду, что будет огромный резонанс. Одна девушка из участников проекта «Служу искусству» стала приходить в фотокружок. Но это один человек из тридцати.

Когда человек счастлив – это правильно

- Ты – счастливый человек?

- Да. Иногда я это очень ярко чувствую. Иногда скатываюсь в противоположное – когда ты вроде бы несчастен, но понимаешь, что даже в этом несчастье тоже есть счастье. Это как в горах – идёшь, на ногах мозоли, руки расцарапаны до крови, камень упал на голову, но ты счастлив идти этим путём. Так и со мной. Я делаю то, что хочу. И я счастлив. Иногда даже думаю про себя – вау, как классно!

Искать красивое – из противоречия

- Какой должна быть семья в твоём понимании?

- Мне приходится всё время идти против шерсти, из чувства противоречия искать что-то красивое. Может, это защитная реакция организма? Потому что на самом деле жизнь – не такая уж весёлая и простая штука. А может, по-другому и не получилось бы ничего. Пока я смотрю на мир и собираю материал, какой вообще бывает семья. Я вижу, что в семьях, где есть любовь, глубокие отношения, люди развиваются более полноценно, удачно, гармонично, успешно. И мне этого очень сильно не хватает. Когда цветут сады – это настолько красиво, что сложно там находиться одному. Я всегда сожалею, что нет рядом красивой девушки, чтобы всё это было не зря. Оказалось, непросто найти модель, чтобы получать большое удовольствие от работы. Красота – это не просто что-то внешнее. Девушка должна быть ещё и умной – чтобы это в глазах светилось, а такие на каждом шагу не встречаются…

- Что ты считаешь своим главным достижением?

- Я нашёл в себе состояние, в котором мне хорошо. Это состояние, когда я занимаюсь любимым делом. Фотография, альпинизм – это моё. Наверное, это моё самое главное достижение на сегодняшний момент.

- Чего бы ты хотел?

- Быть счастливым. Ощущать это счастье. Когда видишь счастливого человека – это так естественно. Заниматься любимым делом, представлять посредством фотографии какие-то крупные образования, большие массы людей. Выставка в Центре народной культуры – это срез целого культурного учреждения и в целом культуры Ульяновска. Делать подобные проекты было бы здорово. Дело в том, что предприятия «варятся» в своей среде. У них есть каталоги, буклеты, ещё какие-то рекламные штучки. Но сейчас почему-то не принято показывать работу предприятий широкой публике. Вот, например, один крупный завод приобрели иностранцы. Об этом знают единицы. А ведь завод реально лучше стал. И хочется показать это предприятие не в коммерческом плане его партнёрам, таким же коммерсантам, а жителям города. Я хочу это сделать. И могу. Для Центра народной культуры я это уже сделал. Кто следующий?

 

Смотрите также:




Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий
На какие недостатки в нашем городе вы готовы закрыть глаза?
Самое интересное в регионах
Роскачество