aif.ru counter
Татьяна ЗАХАРЫЧЕВА 1902

Вера Китаева: пошла в горы вслед за мужем

Вера и Владимир Китаевы, туристы из Ульяновска, этим летом отправились в Саяны, чтобы пройти там, где нога человеческая не ступала. Примечательно, что первопроходцам было за 60

из архива семьи Китаевых / Из личного архива

Жена за мужем 

Т. Захарычева: Вера Александровна, вы с мужем опытные туристы, но первопроходцы пенсионного возраста – это круто. Чья идея?

В. Китаева: Общая! Но всё-таки идейный вдохновитель наших походов - муж. За ним почти сорок лет назад я полезла в горы. И с тех пор каждый год – поход, а то и два, за это время побывали на всех горах бывшего Советского союза.

На Саяны мы тоже ходили, там есть очень интересные, посещаемые места, но связка между ними для туристов – белое пятно. Там никто не ходит и не плавает. И вот мы решили впервые соединить этот маршрут в одну нить.

А пенсионный возраст – наше преимущество. Мы не ограничены во времени, можем идти, не торопясь, на стоянках отдыхать, сколько хотим. Это у молодежи две недели отпуска: только приехали  и бегом назад.

- Сложные были переходы?

- Очень сложные, в двух местах мы попали в непроходимую тайгу.  А там один шаг  равен подвигу, джунгли, наверное, проще пройти. Из-за высокой влажности растительность стоит стеной, ногу поставить некуда, идешь по многолетним завалам бурелома, поросшим кустарником, новыми деревьями.  Вставали утром, работали весь день как каторжные, продирались сквозь чащобу, обходили непроходимые места, а когда к вечеру замеряли путь по навигатору (а он меряет расстояние по прямой), получалось, что за день прошли километра три, а то и меньше. Однажды у реки Тайгиш вышли к местным рыбакам, они смотрят на нас, как на привидения: «Это же непроходимое ущелье!» «Но мы-то этого не знали…», - отвечаем. 

Досье АиФ:
Вера Китаева родилась в городе Почеп Брянской области в 1952 году. Владимир Китаев родился в Иваново в 1952 году. Оба закончили Ивановский химико-технологический институт, работали в Ульяновске на машиностроительном заводе имени Володарского. Спортивным туризмом начали заниматься в начале 70-х годов прошлого столетия. Заслуженные путешественники России.

Никогда прежде нам не доводилось встречать такую травушку-муравушку. В верховьях реки её высота была по пояс, а по мере спуска вниз - достигала примерно 2,5 м, стебли «травинок» -  толщиной в 5 см. Перед этой зелёной стеной мы чувствовали себя пигмеями в джунглях. Чтобы сделать хотя бы шаг вперёд, Володя делал несколько движений палкой, чтобы завалить траву и увидеть, что же там внизу, куда шагнуть. А там - всё те же упавшие стволы, которые надо перелезть, осыпи с дырами между камнями, болотистые участки, ручьи. И эту травку уже не обойдёшь, как кедр. Она тянулась по распадку часто от верхних скал до самой реки.

- А вдруг травма? У вас связь с внешним миром хотя бы есть?

- Связи нет. Спутниковая очень дорогая. А какой смысл в ней? Туда, где мы ходим, все равно никто не доберется даже на вертолете. Поэтому в походе мы надеемся только на себя и на свой опыт.

На поводу у «слабостей»

- Почему вы ходите в походы вдвоём?

- До 1990 года ходили в группах по шесть-восемь человек. Но в девяностые всем стало не до того, только в Ульяновске почти все турклубы закрылись. А мы стали ходить с детьми. Потом дети выросли, и примерно с 2000 года ходим вдвоем в пеше-водные походы. Нам это нравится, вот и потакаем своим «слабостям».

Сначала попробовали  Забайкалье, увидели тайгу. А потом подумали: жизнь проходит, а мы тундру не видели, решили сходить на Полярный Урал. До такой степени там понравилось, что и на следующий год туда поехали. Там такая ширь, что душа поёт.

Маршруты сами сочиняем, ведь все есть в интернете: даже подробные топографические карты генштаба. Неважно, что они немного устарели. Много информации в отчетах путешественников. Есть еще столько мест на территории нашей страны, где мы не были, и где такая красотень! 

- И где нога человеческая не ступала?

- Да, но и в таких местах начинают коттеджи появляться. В  этом году мы увидели коттедж на дикой реке, а рядом - личный вертолет.  В 2005 году были на Полярном Урале. Дикий край – никого. Через год приезжаем – тут дворец строится, там строится. Поговорили со строителями, выяснилось, что  дворцы возводят местные чиновники, называют их охотничьими домиками. А у этих «домиков» - резные колонны…

Фото: Из личного архива / из архива семьи Китаевых

Американцы не испугались

- А встречи с людьми в ваших походах всегда были приятными?

- На 99%! Мне, например, очень нравятся люди в Красноярском крае. Открытые, доброжелательные, всегда готовые помочь. Общались со староверами – тоже прекрасные люди.

Любопытная встреча со староверами была в Саянах, в районе Тофаларии. Мы причалили неподалеку от их села, и к нашему лагерю подошел молодой человек лет 18. Спрашивает, откуда мы. Говорим: «Из Ульяновска». Видим, что не знает такого города. (Кстати, я заметила: если отъехать подальше, наш город вообще плохо знают.) Тогда начинаем перечислять понятия, которые ему могут быть знакомы: «УАЗики, Самара, Казань, Волга…». Но ничего этого парень не знал.

Позже водитель, который нас подвозил от этого села до Канска, рассказал, что староверы в этих краях не учатся, даже писать не умеют, это для них грех. Зато  деньги считают отлично! Живут за счет тайги. За товаром  к ним приезжают, и товар им привозят.   Кстати, о людях… С этим водителем мы ехали часов пять, но от денег он наотрез отказался: «Вы меня не нанимали, я вас просто подвез по пути».

А однажды была совершенно замечательная встреча с американцами.  Лет шесть назад мы решили поехать в Домбай – первый раз.  Оттуда отправились в небольшой поход через два простеньких перевала, но… попали на свежий снег, под сильнейшее ультрафиолетовое излучение. У нас не было с собой ни масок, ни защитного крема, и  наши лица сгорели до волдырей, а потом покрылись сплошными болячками. И в таком виде мы вышли к людям, в Долину нарзанов с расчетом сесть на попутку и доехать до Кисловодска.  Тормознули одну машину, из неё на нас только глянули, и… машина улетела.  Вторая даже не притормозила. Мы-то понимали, почему… И тут едет «уазик», битком набитый людьми, пассажиры рассматривают  нас… Я взяла и подняла руку. Машина тут же остановилась, а из нее вылетели люди,окружили нас и  что-то залопотали на английском. Это были американцы. Нас тут же усадили на заднее сиденье машины рядом с молоденькой переводчицей. А двоих, полных, почти круглых, дяденек как-то запихнули в багажное отделение и поставили между ними наш рюкзак. За рулем был главный в этой команде.  И тут он поворачивается, что-то говорит, девочка переводит. Когда мы услышали эту фразу, были готовы упасть, только было некуда: «Не соблаговолите ли вы оказать честь и посетить мой коттедж под Кисловодском?». Я отвечаю: «Переведите. Соблаговолим».

В коттедже у американца мы приняли горячий душ, и все болячки отвалились, так что к ужину вышли как новенькие. На следующее утро хозяин коттеджа сам нас отвез на станцию.

- Но неприятные встречи тоже были?

- В этом году у нас впервые была очень негативная встреча с местными. Плыли по реке Бий-Хем (Большой Енисей), когда к нашему катамарану причалили четверо молодых тувинцев на моторной лодке. Начался разговор, беседуем, все хорошо... Парни попросили подарить блесну, мы подарили. И вдруг тон изменился: «Что блесна! Дайте водки!». Мы говорим, что у нас нет. Дошло до того, что они вытащили ножи, стали угрожать … Это длилось очень долго, но в итоге нам чудом удалось скрыться от них, ушли по мелкой протоке, где моторная лодка не пройдет. Переночевали в густых зарослях, а с рассветом уплыли.

У малых народностей нет гена, который защищает от алкоголизма, поэтому они неадекватно реагируют на алкоголь. У нас был случай в этом убедиться еще в девяностые годы, когда путешествовали по Забайкалью. Как-то зашли в населенный пункт на реке Калар, чтобы запастись продуктами. А  в этот день у них событие – прилетел самолет, народ его встречает. И пока мы ждали открытия магазина, мимо нас прошло практически все село. Женщины ещё ничего, но мужики – одни калеки: кто хромой, у кого глаза нет… Нам потом объяснили, что в этом селе все мужчины с малолетства покалеченные: стоит им выпить, как начинается побоище. Во многих селах, где живут малые народности, из чувства самосохранения  принимают местные законы, запрещающие продажу алкоголя. В тувинских селах алкоголя тоже не продают, а парням, которые повстречались нам,  уж очень, видимо,  хотелось выпить.

Человеку нужен минимум

-  Путешествия как-то влияют на ваше отношение к жизни?

- Когда приезжаешь оттуда, все неприятности и беды, которые происходят  здесь, кажутся мизерными. На них можно вообще не обращать внимания.  Там хорошо понимаешь, что на самом деле необходимо человеку, - поспать, поесть, остаться в живых. Больше ничего.

И зачем переживать за то, что от нас не зависит? За политику, например? Когда ты наедине с природой, все смыслы меняются. Даже встреча с тувинцами не оставила неприятного впечатления. Мы переживали, пока были в опасности, но едва она миновала, как все было забыто.

- Вы планируете поход на следующее лето? Есть идеи?

- Конечно, планируем. И идеи есть, но пока смотрим, выбираем. Впереди – целая зима, есть ещё время.




Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий
На какие недостатки в нашем городе вы готовы закрыть глаза?
Самое интересное в регионах
Роскачество