Более 170 лет тому назад, 22 мая 1856 года, Павел Михайлович Третьяков, известный ныне как собиратель русского искусства, приобрёл первую картину для своей коллекции у симбирского художника Василия Григорьевича Худякова (1826 – 1871 гг.). Картина «Стычка с финляндскими контрабандистами» (1853 г.) положила начало формированию Государственной Третьяковской галереи.
200-летний юбилей живописца
Василий Худяков, бывший крепостной симбирских дворян Поливановых, 200 лет со дня рождения которого исполнилось 5 января 2026 года, стал известным мастером жанровой, портретной и исторической живописи, единственным симбирским живописцем середины XIX века, удостоенным почётных званий академика и профессора Петербургской академии художеств. Наделённый недюжинным талантом, он создал целый ряд замечательных портретов своих современников, представителей столичной творческой интеллигенции, его кисти принадлежат пейзажи, жанровые и исторические картины. Он не только оставил значительное наследие, его имя навсегда вписано в историю национального музея России – Государственной Третьяковской галереи.
Картинная комната в неволе?
О детстве будущего художника мы знаем очень мало, почти ничего. «Родился в Симбирске в бедной семье» – эта строчка из его анкеты, написанной по просьбе совета Академии художеств, больше запутывает дело, чем проясняет. Ещё в 1950-е годы публикаторы писем Худякова к Третьякову выяснили, что семья была не просто бедной, а находилась в крепостной неволе у симбирских помещиков Поливановых. По всей вероятности, Худяковы принадлежали к так называемой крепостной интеллигенции. Дворовые, которые исполняли обязанности бухгалтеров, управляющих, доверенных, были подчас весьма образованными людьми. К разряду крепостной интеллигенции можно отнести архитекторов, живописцев, садовников, резчиков по дереву, каретников и других мастеров, без чьих искусных рук не могли обойтись обитатели помещичьих усадеб. Наиболее просвещённые помещики гордились талантливыми крепостными, позволяли им учиться, развивали их способности.
Нетрудно предположить, что интерес к искусству пробудился у будущего живописца в Акшуате, где прошли его детские и отроческие годы. Дом Поливановых, построенный ещё в 1795 году, простоял до 20-х годов XX века. В каталоге собрания Поливановых 1909 года читаем: «В доме была так называемая картинная комната, все стены которой от потолка до пола были увешаны картинами. Соседний зал, – продолжает автор, – более обширный, с колоннадами, вмещал библиотеку, собрание гравированных портретов и автографов. Портретная галерея состояла из старинных гравюр, изображающих людей отечественной истории...» Тайный советник и сенатор Иван Петрович Поливанов, крепостным которого и был Василий Худяков, слыл человеком образованным и сведущим в вопросах искусства. Во всяком случае, в 1812 году, когда стало ясно, что Москве угрожает опасность со стороны французов, именно ему было дано поручение отправить под своим надзором сокровища Оружейной палаты сухим путём до Коломны, а оттуда – водою в Нижний Новгород. Всё им было вывезено «в совершенной целости». Известен Иван Петрович был и как искусный токарь по слоновой кости.
В семье Поливановых, где умели ценить искусство и художественными наклонностями были одарены и отец, и сын, не могли не заметить талантливого крепостного. В 1842 году Василий Худяков оказался в Москве среди учеников «Школы рисования в отношении к искусствам и ремёслам», основанной в 1825 году графом С. Г. Строгановым. Осенью 1843 года Худяков в качестве вольнослушателя начал посещать Московский художественный класс, вскоре преобразованный в Московское училище живописи и ваяния. В училище перед крепостным учеником встала нешуточная задача. В устав училища были внесены изменения: к обучению допускался крепостной только в том случае, если он имел письменное обязательство от помещика дать вольную принадлежащему ему ученику, если последний будет удостоен наград от Академии художеств (училище не имело права присуждать медали. – Л. Б.) или получит звание художника.
Поливанов подал в совет Московского художественного общества необходимое прошение. В 1847 году Худяков благодаря прошению своего барина и превосходным результатам обучения был освобожден от крепостной неволи. В этом же году он получил от Академии художеств заслуженную серебряную медаль и звание художника.
Портрет как фотография
В 1848 году Худяков в качестве вольнослушателя, как уже имеющий звание художника, поступил в Императорскую академию художеств в Петербурге.
Художник пользовался большим успехом в столице как портретист. Его заказчики – представители творческой интеллигенции, крупные чиновники. Портреты Худякова не случайно были так популярны. Они обладали безупречным внешним сходством, что высоко ценили современники входившей в моду фотографии. Эффектная композиция, великолепный рисунок, мастерское изображение различных тканей и аксессуаров, серьёзность и глубина характеристик отвечали самым взыскательным вкусам. В 1851 году Худяков получил звание академика за портрет ректора академии А. И. Мельникова. (Заметим в скобках: архитектор А. И. Мельников был автором проекта здания Гостиного двора в Симбирске. Оно было разрушено в 1965 году, на его месте сегодня находится здание ЦУМа. – Л. Б.).
Почему Третьяков купил «контрабандистов»?
Несмотря на значительные успехи Худякова-портретиста, автора исторических и религиозных произведений, яркой вехой в его творческой биографии стала написанная в 1853 году жанровая картина «Стычка с финляндскими контрабандистами». Третьяков, начинающий коллекционер, сумел угадать в картине Худякова то новое, что будет утверждаться в русском искусстве в ближайшие десятилетия. (Называемая часто среди первых вместе с картиной Худякова работа Н. Г. Шильдера «Искушение» была заказана Третьяковым в 1856 году, а приобретена двумя годами позже. – Л. Б.).
Исследователь русской живописи XIX века С. Н. Гольдштейн отмечала способность Третьякова «распознавать какие-то существенные тенденции в современном искусстве – уменье, не покидавшее его на протяжении всей последующей собирательской деятельности». Картина Худякова «Стычка с финляндскими контрабандистами» органично впитала различные творческие начала. Романтически необычный сюжет, выверенные по классическим образцам герои, вовлечённые в бурную схватку, и неожиданно точные детали в совокупности с определённой конкретностью характеристик действующих лиц – весь этот разнородный материал приобретает цельность и целостность. Худяков привносит динамику в композицию, располагая фигуры по кривой и открывая пространство первого плана. Он не боится одного из главных героев картины повернуть почти спиной к зрителю, что было абсолютно неприемлемо по старым академическим правилам. Замечательно передана протяжённость реального пространства с фигурами всадников, скачущих из глубины к берегу реки, где происходит схватка. Худяков в своей картине оказался на острие формальных проблем, которые решала русская жанровая живопись начала 1850-х годов. Поиски композиционных приёмов, дающих возможность выстроить сложный, полный динамики, разнонаправленного движения рассказ, увенчались успехом. Новизна сюжета и смелость решения были поняты и по достоинству оценены Павлом Третьяковым.
Покупка этой картины послужила поводом к знакомству художника с начинающим тогда коллекционером, и это произошло «так случайно и так безысканно», что, несмотря на различные житейские неурядицы и недоразумения, оба дорожили чувством взаимной приязни.
В первые годы своей собирательской деятельности Третьяков неизменно прислушивался к советам Худякова – самого зрелого и опытного художника в его окружении. «Худяков был безусловным авторитетом для Павла Михайловича, который поверял ему самые серьёзные свои планы и мечтания», – писала дочь Третьякова А. П. Боткина. Ему, одному из немногих, было известно сокровенное желание Третьякова, сформулированное в знаменитом «Завещательном письме» 1860 года – устроить в Москве «общественную картинную галерею». По просьбе Третьякова, думающего о собрании национальной школы живописи, Худяков в качестве эксперта всячески способствовал приобретению отдельных картин и целых коллекций.